Перепотребление

Мы врем себе и друг другу, жалуясь на низкий уровень жизни. Ведь все мы давно уже живем в обществе перепотребления - чрезмерного, превышающего нормальные человеческие нужды потребления, крайне вредного для каждого из нас и приводящего к обесцениванию потребляемого.
Конечно, перепотребление существовало во все времена, но прежде касалось лишь немногих. Сегодня же потреблять более того, что возможно усвоить, стало нормой для большинства. Мы обжираемся, опиваемся, захлебываемся информационными помоями, страдаем от развлечений и умираем от удовольствий.

Но в обществе, как и в природе, действуют законы сохранения: если где-то что-то прибывает, то в другом месте непременно убывает. Вот почему перепотребление напрямую связано с недопотреблением. Перепотребляя, человек непременно лишает жизненно необходимого других. И обжорство развитых стран оборачивается голодом Африки и Латинской Америки.

Но пусть их, этих эфиопов, нам, собственно, никогда до них и дела не было! Нам, эгоистам и патриотам, куда важнее другое: перепотребление лишает жизненно необходимого самого перепотребляющего. Ведь среди груд ненужного так трудно отыскать необходимое. Непросто выбрать здоровое и полезное из великого множества подделок и суррогатов. Невозможно раскопать крупицы истины в кучах информационного мусора. Тратя себя на стольких чужих, сложно сохранять силы для близких.

Есть и еще коечто важное, связанное с человеческой природой. Мы не автоматические перевариватели, не бездонные выпиватели, не вечные танцеватели, не электронные читатели и не киберписатели - устаем мы и не справляемся. Съесть все невозможно. И там, где римлянин, не раздумывая, засунул бы себе два пальца в рот, мы глотаем смекту, лопаем сжигатели жира, трусим по беговым дорожкам, вращаясь в итоге, как белки в колесе, по новым виткам гонки перепотребления. В результате человек потребляет все больше и больше, не усваивая и лишаясь.

Перепотребление всегда обесценивает потребляемый продукт. Хорошая пища надкусывается и выбрасывается. Вполне еще исправная техника отправляется на свалку только потому, что появляется более сложная. Добрые человеческие отношения кажутся незначительными, поскольку других возможных впереди еще так много. Отныне производство работает на мусорные баки, где скапливается избыток недоеденного, недоношенного, до конца не использованного. Утилизация зашкаливает.

Законы и механизмы перепотребления диктуются рынком, который постоянно расширяет собственные границы, захватывая немыслимые прежде сферы, включает в круг перепотребления все новые и новые товары. Обжорство рождает спрос на лекарства и методики похудения, чрезмерное общение - на покой и тишину. Самыми востребованными продуктами становятся молодость и красота. При этом недопотребляются здоровье, семейное счастье, любовь.

Возникают производственные лавины, неумеренный рост количества и видов производимого. Тут бы и вспомнить про природу, из которой все это изымается, потому что и она не бесконечный резервуар, но про нее, если и вспоминают, то только как про товар.

Перепотребление превращает в культовый продукт то, что раньше считалось мусором, - упаковки, ярлыки, марки. Этикетка оказывается значительнее того, что обозначает; наклейка становится вожделенней вещи; создатели брендов почитаются как гуру и пророки. Перепотребление устанавливает собственные традиции и ритуалы, превращается в религию. Отныне супермаркет - это храм.

Пресыщенная часть человечества кидается на поиски все новых вещей и удовольствий, изменяя мораль и ценности, перешагивая пороги сметных грехов. Мораль заменяется правилами, гарантирующими максимальное обладание. Благим объявляется то, что приближает к получению желаемого. Истинным считается полезное для приобретения. Ценности отождествляются со стоимостями. Запретное, обретая цену, превращается в дозволенное. Границы нравственности при этом расширяются до немыслимых прежде пределов. Человечество начинает перепотреблять пороки с такой же чистой совестью, с которой раньше потребляло достоинства. Достоинства тоже перепотребляются, приобретая собственные этикетки: титулы, дипломы, регалии, награды. Наряду с традиционными ценностями утрачиваются все метафизические и рациональные смыслы. То, что мыслилось опасным и даже смертельным, объявляется благим и завидным. Перепотребление - это подлинное антихристианство.

От перепотребления чрезвычайно трудно уйти даже его противникам, оно рождает собственных клонов, и откликом на него оказывается альтернативное перепотребление. Бегущие от обжорства реальными продуктами начинают объедаться продуктами виртуальными: общением в интернете или псевдодуховными практиками. В результате множатся интернетсообщества, маргинальные субкультуры, секты.

Перепотребитель - парадоксальный субъект. Он хочет обладать всем и уже ничего не желает. Он вечно неудовлетворен и перманентно пресыщен. Вечно жаждущий того, что ему не нужно; бегущий за всем, что есть у других; с завидущими глазами и с бездонной дырой вместо задницы, он, по определению, несчастен ибо в силу ограниченности человеческих возможностей никогда не достигает своего идеала - потребить все. Он голодает у забитого едой холодильника; он скучает от развлечений и удовольствий, он одинок, имея тысячи друзей в интернете. В перенасыщенном вещами мире он лишен насущного.

Перепотребитель живет в особом, внеприродном, очень быстро текущем времени, он всегда старается когото догнать и перегнать и постоянно не успевает. Это время определяется графиками приема пищи, приобретений, встреч, развлечений. Это время, в котором сиюминутное побеждает вечное; в котором полнота жизни низводится до бытовых практик; в котором бесценное человеческое существование сжигается на огне суеты. Перепотребителю некогда ощутить собственную экзистенцию, некогда задуматься о смерти. Сама смерть в эпоху перепотребления становится всего лишь товаром, щерясь брендовыми похоронами и элитными кладбищенскими местами.

Перепотребитель - натуральный псих, а общество перепотребления - форменный дурдом. Процессы, которые в нем происходят, бессмысленны, ведь величайшее безумие - производить, чтобы выбрасывать; потреблять, чтобы не удовлетворяться; транжирить природу на всякую дребедень. А социальные тренды, даже самые безумные, как известно, непросто развернуть. Но этого и не нужно делать, зато можно попытаться развернуть себя к собственному здравомыслию. Спасение умалишенных - дело рук самих умалишенных. Выйти из толпы можно только в одиночку.

06 февраля 2017

comments powered by HyperComments